Секс истории


Вечерний автобус ч3

1124 просмотров Любовные истории

klassika

— Ох, как хорошо. Вяло и сонно пробормотала она, устало, закрывая глаза.
Вздохнув, Нина задремала.
Я вышел в зал и, выпив очередную рюмку водки, зашел к Даше. Сбросив на пол одеяло, девушка лежала на спине, широко раздвинув полные, стройные ноги, выставив на обозрение свою аккуратно покрытую гладкой, блестящей шерсткой киску.
Среди слегка раздвинутых изящных половых губок девушки, выглядывал нежно-розовый кончик клитора, который выглядел так маняще, что, не удержавшись, я, нагнувшись, поцеловал его.

Девушка коротко вздохнула, и на секунду приоткрыв сонные глаза, прижала мое лицо к своим бедрам. Я продолжал ласкать языком и губами ее нежный сладкий расточек, который вдруг затвердел под моими губами, и, раздвинув губки, еще больше высунулся наружу.
Сонное, размеренное дыхание девушки стало прерывистым, и она еще шире раздвинула полные ножки, подставляя себя под мои ласки. Я вышел на лестничную площадку с тайной надеждой встретить незнакомку.
Подойдя к соседней двери, я остановился. Интересно, что делает, эта красивая, интересная женщина, с которой я так некрасиво поступил? Переживает до сих пор? Как знать.

Как по мановению волшебной палочки, дверь открылась, и я увидел ее на пороге. Она стояла и серьезно смотрела на меня. Симпатичное лицо женщины заливал румянец смущения.

— Я ждала, когда Вы появитесь, — тихо, но решительно произнесла она. Затем отступила в прихожую. — Входите.
Я послушно вошел, готовый выслушать от нее любые упреки. Закрыв дверь, я выжидательно посмотрел на нее. Покраснев еще сильнее, она шагнула ко мне и, спрятав у меня на груди лицо, тихо спросила: — Что же Вы так долго не появлялись? Я Вас так ждала. Тогда, я не обиделась на Вас, как Вы, вероятно, подумали. Когда все это произошло, меня поразило, что мне нравится изменять мужу. Он сейчас в плавании. Не осуждайте меня, за это ради Бога! Я молода, а он в плавании уже больше пяти месяцев. Поймите, — горячо прошептала она, — нельзя же так! Я живой человек и, как оказалось тогда, ни что человеческое мне не чуждо. Вы взяли меня и я, против ожидания не умерла от стыда за содеянное, а долго, с нетерпением, ждала Вас, часами простаивая у двери, высматривая в глазок, чтобы выйти Вам навстречу.
— Молчите милая! Не надо оправдываться! Я понимаю Вас. Ваши чувства и переживания. Позже, Вы, возможно, пожалеете об этом, а сейчас…

Подхватив ее на руки, я понес в спальню, бережно прижимая к груди, ее доверчиво прижимающееся ко мне тело.
Она была прекрасна. Запрокинув назад побледневшее от страсти лицо, она лежала подо мной с закрытыми глазами и покачиваясь от моих толчков, тихонько и сдержанно постанывала, временами подставляя свои припухшие от поцелуев губы.
— Не уходите от меня сегодня. Не оставляйте меня одну.
Наша страсть была безграничной. Я любил ее до тех пор, пока она не заснула в моих объятиях с тихой и прекрасной улыбкой на пухлых губах. Я встал и, одевшись, нежно поцеловал на прощание ее прекрасную грудь с торчащим нежно-розовым соском, который я, любя ее, так часто ласкал губами. И, ушел, чтобы никогда не вернуться.

Утром, когда девушки ушли в институт. Я, решил сходить домой, и посмотреть, что там творится.
Так получилось что я, сам, не желая того, на месяц сдал квартиру в аренду одинокому врачу кардиологу, которого не видел в лицо. Это сделал мой нахальный товарищ Сашка, который работал в БСМП водителем \\\»Скорой помощи\\\». Когда я приехал и зашел к нему за своим ключом, он поставил меня перед фактом.
На кухне из своих старых запасов я заварил крепкого чая и, поставив его настаиваться, прилег на диван.
Я проснулся от яркого света. Передо мной, в расходящемся на крупном теле узковатом (кстати, моем) халате, стояла красивая полная женщина лет сорока. Слегка улыбаясь, она, иронично приподняв правую бровь, внимательно разглядывала меня.
— Если здесь лежит мужчина, то, вероятно, это хозяин квартиры или вор. Так кто же Вы? Признавайтесь немедленно?
Я, с силой потер ладонями щеки, тщетно пытаясь расправить помятое во сне лицо. Все же несколько последних бурных дней сильно утомили меня.
— Не беспокойтесь, хозяин. Несколько недружелюбно, не совсем придя в себя, пробурчал я. Я сейчас уйду. Надо же было убедиться, что с квартирой все в порядке. Сашка такой безалаберный человек, что мог сдать ее, кому угодно.
Она немного обиженно пожала плечами и гордо вскинула голову.
— Я не кто попало, проговорила женщина, а начальник Александра. Кстати меня зовут Ирина Петровна.
Я слегка поклонился.
— Очень приятно. А меня, Сергей Михайлович.
— Вот и познакомились. Ирина Петровна шагнула к кухне. А сейчас мойте руки. Будем с Вами пить чай. Вы ведь, кажется, это собирались делать, когда заваривали свой чай?
— Да, кажется.
Я прошел в ванную и вымыл руки. А баба она красивая, сразу чувствуется порода, подумал я. Интересно, какова она в постели?
На кухонном столе дымилась моя большая, до краев налитая заваркой чашка. Посреди стола красовался шикарный и очень богатый по нынешним временам торт.
— Это подарок одного неожиданно выздоровевшего больного из новых русских. Вот. Почти силой заставил взять. В холодильнике еще две бутылки армянского коньяка, он его считает самым лучшим в мире, добавила она, и куча конфет.
— Хотите, я налью его Вам? — Предложила Ирина Петровна. И не дожидаясь моего согласия, достала незнакомый мне хрустальный фужер и до краев наполнила коньяком.
— Только прошу Вас, будьте осторожнее с фужером, она понизила голос, это память о погибшем муже, он подарил мне набор на мое тридцатилетие. Говорил, что он очень старинный и ценный. С этими переездами, перебила все, сохранила только два. Задумчиво покачав красивой без седины, изящно причесанной головой, добавила она негромко. — Сама удивляюсь, как прожила без него эти пять лет. В первое время думала, не выживу. Вы не поверите, через неделю после его смерти, я похудела на тридцать килограмм. Она осуждающе окинула взглядом свою прекрасную полную фигуру с хорошо сохранившейся высокой грудью и, покачав головой, добавила: время лечит, а жизнь все-таки берет свое.
Я встал и достал из шкафчика, второй, такой же фужер.
— Выпейте со мной Ирина Петровна, попросил я, наливая его до половины, один я пить не буду. Давайте выпьем за наше знакомство. Или, лучше, в память о Вашем муже. Хороший, наверное, был человек.
Она пристально посмотрела мне в глаза.
— Устала я. Тихо сказала она. Быстро опьянею. Но, за мужа, царствие ему небесное, она неумело перекрестилась, я выпью с удовольствием. Вы правы. Действительно, прекрасный был человек.

Помедлив мгновение, и, встряхнув головой, словно отгоняя от себя какое-то видение, быстро, до дна выпила крепкий коньяк.
Я тоже выпил и закурил, стараясь отогнать тяжеловатую атмосферу, навеянную нашим грустным разговором.
— Вы, что курите? — Внезапно спросила она. — Дайте мне тоже сигарету. Начала работать, во время дежурств я и пристрастилась к курению.
Неверной рукой она взяла сигарету и, показывая мне макушку, густо покрытую кудрявыми, темно-русыми волосами, наклонилась, прикуривая от моей сигареты. На белых щеках женщины расплывался густой вишневый румянец, ярко-бирюзовые глаза молодо и оживленно заблестели. Она свободно откинулась на спинку мягкого стула и, сделав затяжку, одобрительно кивнула. Неплохо.
Облегающий женщину халат не уродовал и не скрывал красоты и стройности зрелого женского тела. Короткие полы лишь у самых бедер прикрывали полные мускулистые ноги, смуглые, несмотря на осень, с блестящей при свете яркой люстры еще молодой, и на вид шелковистой кожей, покрытой черными волосками.
Заметив мои изучающие взгляды, которые я, бросал на нее украдкой, Ирина Петровна смущенно схватила бутылку, и налила по полному фужеру коньяка.
— О, господи! — Воскликнула она, еще более смущаясь, и избегая на меня смотреть. Совсем баба сошла с ума. Она махнула рукой и, не чокаясь, отпила крупный, на треть бокала, глоток. Пейте Сергей Михайлович. Что же, Вы? Или Вам коньяк не нравится.
Я, выпил. Ирина Петровна встала и, достав из шкафчика тарелочку, положила на нее огромный кусок торта.
— Кушайте торт, все равно пропадет. А мне, увы, нельзя. Иначе, до неприличия безобразно растолстею. И так, видите какая я полная.
— Не согласен с Вами. Мне кажется, Вы выглядите великолепно, — мой восхищенный взгляд, подтвердил правдивость этих слов.
— Ах Вы льстец! Но, все равно я уже стара для Вас. Вы об этом подумали?
— Ни о чем, я не думал. И вообще я никогда не думаю, о женщинах плохо. Для этого, я их слишком люблю. — Не раздумывая, что говорю, выпалил я.
Она подняла глаза и пристально посмотрела на меня.
— Спасибо, что не думаете. А то, я уже начинаю отвыкать, оттого что, я женщина. Приятно выслушать комплимент от мужчины. Даже такой, неуклюжий. Она улыбнулась. Кушайте больше.
— Подлейте кипятка, попросил я, а то после коньяка, чай слишком крепок.

Она встала и, повернувшись, показала мне свой крупный зад, туго обтянутый моим халатом. Слегка покачиваясь, она подошла ко мне и начала наливать кипяток.
Качнувшись, женщина нечаянно прислонилась полной грудью к моему лицу. Не контролируя себя, я крепко поцеловал тугую грудь тесно прижавшуюся ко мне. Женщина вздрогнула и замерла, не замечая, как из чайника на стол льется парящий кипяток. Я взял у нее чайник и поставил на поднос. Глядя на стенку, Ирина Петровна продолжала стоять возле меня, не пытаясь отойти. Расстегнув халат женщины и, оттянув резинку кружевных трусиков, низко нагнувшись, я поцеловал низ ее живота, заросшего волосом почти до пупка. По ее телу прошла крупная волна и, резко повернувшись, она вышла из кухни. Я пошел вслед за ней. Она сидела на стуле, опершись руками в колени и спрятав в ладонях лицо.
— Ирина Петровна! Милая! Мой голос был прерывистым и хриплым. Вы же молодая, красивая женщина, зачем же раньше времени хоронить себя…
Я подошел к ней и отвел ее руки от лица. Женщина вдруг обхватила меня руками и, уткнулась лицом в живот. Я поднял ее голову и страстно впился поцелуем в ее полные, свежие губы. От них пахло коньяком. Они были холодны и безвольно принимали мои жадные поцелуи.
Но вот губы женщины слабо шевельнулись, оттаяли и потеплели. Еще крепче обняв ее плечи, я с проснувшейся страстью покрывал поцелуями прекрасное, еще такое молодое, лицо женщины.
Отогнув халат, я жадно припал губами к нежной ложбинке на ее полном женственном плече. Она сильно вздрогнула и, обхватив мою шею нежными руками, подарила мне страстный, нежный поцелуй. Расстегнув халат, я снял его, и, обняв ее спину, расстегнул лифчик. Облегченно вздохнув, Ирина повела плечами, и лифчик упал на пол, обнажив великолепную крупную грудь с молочно-белой кожей и крупными коричневыми сосками.

Я взял в ладонь один из прекрасных, тяжеловесных плодов, и с жадностью впился губами, вобрав ртом сосок с частью груди.
Тело женщины стала сотрясать крупная, частая дрожь и она прижалась ко мне, как бы стесняясь вида своего оголенного тела. Я видел из-за ее плеча выпуклые полукружья ее огромных ягодиц, туго обтянутых тканью трусиков.
Понимая, что женщина пьяна и за свою благополучную замужнюю жизнь привыкла к деликатному обращению, я решил не церемониться с ней и обойтись грубо, почти жестоко, на грани насилия, в глубине души понимая, что она, как страстная натура, ожидает от меня чего-то подобного.
Опустив руки к ее заду, я захватил в горсть тонкую ткань ее трусиков, и резко рванул их. Кружева подались безо всяких усилий, мгновенно оголив ее крупный белый зад, половинки которого засияли белизной в вечернем полумраке комнаты.
Ирина Петровна слабо ахнула и, отпрянула от меня, к стоящему рядом столу. Я резко повернул ее спиной к себе и, не снимая брюк, лишь расстегнув молнию, достал напряженный член, и резко нагнув женщину, вогнал его между крупными, густо обросшими волосками половыми губами.
Молния, при моих движениях, больно царапала нежную кожу зада женщины. Схватив ее за крупные груди, до боли зажав пальцами их соски, я с внезапной сильной страстью начал с силой двигать членом, почти положив женщину грудью на стол.
Это случилось так стремительно, что не успев опомниться, она мгновенно оказалась взятой мной.
В ее давно не знавшей мужчины истосковавшейся половой щели, бурно ходил мощный, толстый поршень. От сильного удара, неожиданно вошедшего в нее члена, женщина застонала и сделала попытку вывернуться из-под меня. Но я, сильно сдавил и крутанул пальцами ее крупные, торчащие соски, показав свою власть над ней. Ирина застонала от боли и, покорно согнувшись, безропотно принимала мои ласки.

После десяти-пятнадцати толчков, женщина громко застонала, и я почувствовал, как в приступе сильного оргазма, стало страстно сокращаться ее влагалище. Под моим пахом сразу стало мокро от обильно выделенного ею сока, а в половой щели женщины громко захлюпало. Дождавшись, когда пройдет очередной, короткий приступ ее оргазма, я взял женщину за руку и, повел в ванную. Поняв, она вошла и подмылась.
— Только не вытирайся, громко крикнул я.
— Почему? Тихо, но молодо звонко прозвучал голос женщины.
-В сухое влагалище, член плохо входит. — Откровенно, не стесняясь и не щадя ее самолюбия, ответил я.
Пряча алое, от смущения лицо, Ирина вышла из ванной и, отворачиваясь от меня при ярком свете, юркнула в темноту зала. Я выпил немного коньяка и вошел в зал.
Она стояла на прежнем месте у стола, стыдливо прикрывая ладонями свои полные груди.
— А меня, ты не хочешь подмыть? — бесстыдно спросил я.
Она беспомощно и растерянно посмотрела на меня.
— Разве ты не можешь сделать это сам?
— Конечно же могу. Но я хочу, чтобы это сделала ты. Это будет значительно приятнее. Пойдем.
Она качнулась от стола и, обреченно опустив голову, пошла впереди меня, перекатывая при ходьбе крупными шарами, пышных ягодиц. На ходу, сзади, я запустил ладонь между ее ногами. Ее промежность была влажной.
— Молодец! Похвалил я ее. Не люблю, когда в женщину толкаешь член как дерево.

Она ничего не ответила, лишь ускорила свой шаг. Войдя в ванную, она повернулась ко мне лицом, беспомощно глядя на мой блестящий от ее выделений, ритмично покачивающийся член.
— Ну что же ты? Смелее. Приступай.
Заалев, словно молоденькая девушка, она осторожно, двумя пальцами, взяла мой член и, намылив его, осторожно и нежно обмыла теплой водой. Сняв полотенце, она вопросительно, тут же отведя взгляд, посмотрела на меня. Я поощрительно кивнул.
— Вытирай.
Она осторожно обтерла его и, повернувшись, вышла из ванной. Выпив очередную порцию коньяка, я вошел в зал.
Наклонившись над широкой, очень низкой двуспальной кроватью, Ирина расстилала чистую, и свежую простынь. Ее согнутая в наклоне фигура была потрясающе женственна и красива, а крупный, белый зад выглядел сексуально привлекательно. Я подошел к ней и, надавив на согнутую спину, нагнул женщину еще ниже, так что ее зад задрался вверх, а среди крупных ягодиц зачернело отверстие ануса. Она безропотно нагнулась и терпеливо стояла в этом положении. Подойдя к трельяжу, я взял тюбик с каким-то кремом, и обильно смазал им головку члена.
— Раздвинь руками зад. Потребовал я, подходя к женщине.
Она вздрогнула, но послушно раздвинула белоснежные, крупные ягодицы, совершенно открыв вход в анальное отверстие.
— Что ты собираешься делать? Спросила она. Я этим не буду заниматься. Это извращение.
— Я тебя не собираюсь спрашивать. Грубо ответил я, поднося член к ее заднему проходу. Слегка толкнув, я уронил женщину лицом на постель. Лежа передо мной с широко разведенными полными ляжками, она продолжала раздвигать руками свои ягодицы.
— Это насилие глухо, в одеяло, проговорила она.
— Насилие? А ты разве не пробовала этого с мужем?
— Нет. Мы всегда занимались только традиционным сексом. Спереди. Стыдливо добавила она.
— Ну, вот. Значит сейчас ты попробуешь все виды секса. В том числе, — анальный и оральный.
— Я не хочу. Я стесняюсь. Это так стыдно. Сказала она.
— Нет ничего стыдного в том, что приятно. А это приятно.
— Приятно?
— Да. Очень. Если это делают умело.

Она промолчала.
Хорошо смазанный член легко проник в ее достаточно большое анальное отверстие. Но, я не хотел причинять женщине страдания и очень медленно, нежно и осторожно, стал углубляться в нее. Спина женщины напряглась, по бокам ягодиц появились большие ямочки от напряжения.
— Расслабься, скорее, попросил, чем приказал я. Я не сделаю тебе больно.
— Мне немного страшно и больно, — глухо произнесла она, спрятав лицо в одеяло.
— Ты очень быстро привыкнешь, и боль пройдет. Расслабься.
Она вздохнула и насколько могла, расслабилась. Я продолжал осторожно входить в нее. Она лежала подо мной, широко раздвинув ноги. Своими бедрами я ощущал прохладную полноту ее большого, пышного зада. Войдя до конца, я также медленно стал двигаться в обратном направлении. Привыкая, прямая кишка женщины приспосабливалась к находящемуся в ней инородному телу.
Складки выходного отверстия женщины, плотно охватывающие мой член, двигались по его ребристой поверхности. Это было приятно, и женщина, поняв, что это необычное сношение действительно доставляет ей удовольствие, распустила все мышцы, глубоко и облегченно вздохнув. Сдерживая нетерпеливые порывы, я нежно двигался в полном теле женщины. Она задышала глубоко, ее дыхание, время от времени, стало прерываться судорожными, прерывистыми всхлипами удовольствия. Женщина громко засопела и, слегка подобравшись, приподняла повыше свой пышный зад.

Постепенно я стал увеличивать глубину и скорость своих движений. Тело женщины стало все чаще пронизывать судороги удовольствия. Она часто и прерывисто задышала и, не контролируя себя, стала издавать страстные, низкие стоны.
— Тебе нравится? Спросил я, все, более ускоряя свои движения.
— Да. Это, действительно очень приятно. — С трудом, сквозь всхлипы и страстные стоны, еле шевеля пересохшими губами, тихо проговорила она.
— Нет! Ты громко скажи. Мне нравится, когда ты меня трахаешь в мою пухлую задницу.
— Мне нравится, когда ты меня трахаешь в мою пухлую задницу. Послушно повторила Ирина.
Гордость женщины окончательно исчезла во время моего бесстыдного секса.
— Молодец! Ты хорошая ученица. Наберись терпения. Это только начало. Мы еще не занимались оральным сексом.
Ирина промолчала.
— Ты будешь заниматься оральным сексом? Отвечай!
— Да! Неожиданно громко, и даже с ноткой зла, ответила женщина. Ты ведь не отстанешь, пока не заставишь делать все, что тебе хочется.
— Именно так и будет.

Несмотря на кажущееся насилие, женщина испытывала удовольствие, потому что продолжала все громче и громче стонать и, даже пыталась помогать мне, двигая задом. Она задыхалась от охватившего ее острого сексуального возбуждения. В свою очередь это очень разгорячило меня и, уже не сдерживаясь, во всю силу, я работал своим поршнем, лаская анус женщины. Она вскрикнула, и ее зад задергался подо мной.
— Воткни в другое место! Прерывающимся от оргазма голосом потребовала она.
Я быстро выполнил ее просьбу, с силой вогнав член в ее налитые кровью, набухшие желанием половые губы. Ирина еще громче вскрикнула, и громко застонав с неожиданной силой, резко забила ногами по полу.
В сексуальном возбуждении, крича во весь голос, она чуть не сбросила меня, с силой крутя и дергая, своим налитым задом. Ее матка, хаотично сокращаясь, с силой обжала мой член. Казалось, что в женщине спрятаны жадные, сильные губы, страстно высасывающие из меня все соки. Ее конвульсии стали постепенно затихать, и лишь изредка, крупное тело женщины, сотрясала редкая дрожь.
Я медленно вытащил из нее член и, пошатываясь от усталости, решив, что на сегодня с меня хватит, отправился в ванную. Включив и отрегулировав воду, я почувствовал, как теплая, нежная ладонь обхватила мой ноющий от перенесенных нагрузок член.
— Ты забыл, что это моя обязанность, — прошептал голос Ирины. Позволь мне, у меня это лучше получится. Ты же сам сказал, что я очень способная ученица.
Она нежно намылила и обмыла мой половой орган. Запах и вид разгоряченного недавним сексом, очень привлекательного, цветущего женского тела, вернули мне силы и желание. Тщательно и нежно обтерев член полотенцем, Ирина встала передо мной на колени, выставив из-под толстых половинок раздвоенного зада маленькие ступни ног.
Наклонившись к покачивающейся головке, она внимательно рассмотрела пенис и, подняв голову, без всякого смущения посмотрела мне в лицо.
— Меня не нужно заставлять. Негромко сказала она. Я это сделаю сама, и добровольно.

Громко ахнув, она раскрыла полные красные губы и на всю глубину, до гортани, погрузила в себя длинный член. По судорожным сокращениям ее горла, которые я почувствовал и, понял, что она подавила позывы рвоты и, плотно обхватив губами ствол, начала медленно вытягивать его изо рта.
Быстро поняв, что мне это приятно, и, вероятно, сама, чувствуя нечто подобное, она стала медленно двигаться губами по стволу члена, одновременно прижимая, щекоча и лаская его головку языком. Я почувствовал неудержимые спазмы сильного надвигающегося оргазма, и хотел, отстранить женщину. Она еще плотнее обхватила член губами, и стала быстрее двигать по нему губами. Схватив ее за густые волосы, я до предела надвинул ее голову на член и, извиваясь всем телом, крича от неизъяснимого удовольствия, выбросил сильную струю спермы ей в горло. Женщина невольно глотнула. И вытащив его изо рта, с видимым удовольствием слизнула последнюю капельку показавшуюся из дырочки.
— Сладко. Прошептала она, нежно поцеловав еще раз головку в самую дырочку. — Ах ты прелесть моя. Нежно сказала женщина, покрывая мне страстными поцелуями яички. — Я тебя очень хочу. У меня внутри пылает пожар от желания. Я тебя убью, если ты не будешь меня трахать. Озорно блестя помолодевшими глазами, проговорила женщина, сама ужасаясь своему бесстыдству. — Ты будешь меня трахать. — Повторила она фразу, казавшуюся ей очень бесстыдной. Ты будешь трахать меня во все щели, входя во вкус и становясь дерзкой от своего бесстыдства, добавила она.
— Буду радость моя, обязательно буду! И непременно во все щели. Я хлопнул ее по пухлому заду.
— А сейчас неси свою толстую задницу к кровати. На кровати все-таки трахаться удобнее. Хотя, подожди.
Я поднял ее полную ногу и поставил на край ванны. Между ее развернувшимися толстыми, ляжками, зарозовели густо покрытые волосами крупные половые губы. Я провел ладонью между ними. Ее клитор был огромных размеров, где-то около трех сантиметров и налитый желанием почти перекрывал вход в лоно женщины. Взяв в руку член, я погладил головкой напряженно торчащий бугор. Женщина вздрогнула и еще шире развернула бедра.
Я продолжал массировать ее торчащий большой бугор, который так налился кровью, что казалось, вот-вот лопнет от ее напора.
Ирина стала страстно стонать, подаваясь навстречу ласкающему ее мучителю. Наконец не выдержав, низким стонущим голосом она взмолилась:
— Сережа, если ты сейчас не воткнешь, я умру от желания.

Я вогнал его в широко раскрытую дыру женщины, вульва которой, как ненасытный рот, обжала его и сосущими движениями, стала прерывисто сокращаться. Женщина громко застонала и, обхватив мою голову, страстно прижала к крупному твердому соску полной груди. Громко чмокнув, я страстно стал высасывать эту пленительную грудь. Ирина издавала громкие воркующие звуки, извиваясь в моих объятиях. Ее полная грудь вдруг налилась, приобрела восхитительную упругость.
— Сереженька, попросила она, пойдем на постель, она понизила голос почти до шепота, я хочу в зад…
Я с сожалением вышел из нее и, держа женщину, за ее перекатывающуюся при ходьбе огромную ягодицу, прошел в зал.
Ирина свернула в толстый двойной жгут одеяло и, положив поверх подушки, легла животом на эту возвышенность, высоко вверх, выставив свой огромный, пышный зад.
Смазав головку члена кремом, я уже без особого труда, но все же осторожно, вошел в анальное отверстие женщины, раздвинувшей руками свои огромные ягодицы. Она нежно вздохнула и, немного пошевелившись, приняла более удобное положение. Я постепенно ускорял темп. Вскоре возбуждение охватило меня, и я со всей силой начал двигаться в женщине. Как я и ожидал, при наиболее сильных и быстрых качках, Ирина пукнула и ойкнула от неожиданности. Пытаясь удержаться, она сжала мышцы ягодиц и ануса, отчего контакт стал еще плотнее. Уже специально я ускорил силу толчков и, женщина не удержавшись, пукнула еще раз, и смущенно ойкнула. Но я продолжал качать, не останавливаясь и, она стала непрерывно издавать громкие звуки, так смущающие ее, и возбуждающие меня.

— Сереженька! Прерывающимся голосом проговорила она, мне стыдно и одновременно хорошо. Я не знала, что такая бессовестная и развратная. Никогда не подозревала, что мне может нравиться анальный секс до такой степени, что я буду просить о нем сама. Да, и оральный тоже. Минуту, помолчав, добавила она.
— Что, ты обо мне, думаешь?
— Не копайся ты в своем поведении и чувствах. Это бесполезно. Сейчас тобой управляет, твое истосковавшееся по ласкам тело. Делай все, что тебе нравится. Не мне тебя судить, или осуждать.
— Спасибо тебе милый. Голос женщины, прерванный охватившим ее возбуждением, дрогнул. — Спасибо, задыхаясь и, хватая спекшимися губами воздух, с трудом проговорила она, непрерывно издавая громкие, непрерывные звуки. — Ох, как мне хорошо! Я одного боюсь, отрывисто, в такт толчкам, дыша, сказала она: — обкакаться под тобой. Вот будет стыд!
— Ничего страшного.
— Сереженька, — застонав, проговорила она, а ведь я серьезно.
— Я говорю, ничего страшного. Я удвоил усилия.
Она, вскрикнула и, издав особенно громкий звук, забилась в оргазме. В воздухе сильно и неприятно запахло, а мои бедра заскользили по толстому заду женщины.
Я терпеливо дождался, пока, наконец, не ослабнут последние волны оргазма. И вытащив из Ирининого зада член, потянул за плечо стыдливо затаившуюся женщину.

— Пойдем мыться солнышко. Сейчас моя очередь ухаживать за тобой. Я с удовольствием отмою твою засраную попу.
Успокоенная моими грубыми и откровенными, но ласково прозвучавшими словами, Ирина осторожно встала с перемазанной простыни и, сгребя ее в кучу, опустив голову, медленно пошла вслед за мной.
Заведя женщину в ванну, я бережно стал обмывать пышный, потрясающе аппетитный зад женщины. Закрыв глаза, она охотно поворачивалась, подчиняясь моим ласкающим рукам. Повернув женщину к себе передом, я заставил ее широко расставить полные ноги, и немного обмыв ее густо обросший низ упругого, как у девушки живота, раздвинув пальцами левой руки ее половые губы, направил слабую теплую струю, на продолжающий возбужденно торчать крупный клитор женщины. Она вздрогнула и, покрываясь алыми пятнами, шумно задышала, еще шире разведя свои необъятные бедра. С ее губ стали все чаще срываться нежные прерывистые стоны. По прошествии нескольких секунд, она задрожала, сводя и разводя свои пленительно женственные бедра.
Схватив мой член, она резко притянула меня к себе, и, нажимая его головкой на клитор, стала ласкать себя. Резко вскрикнув и силой загнав в себя пенис, она обхватила меня за поясницу, и с силой прижав к себе, часто задвигала бедрами.
Чуть не раздавив меня, она с неожиданной силой вжала меня в свои бедра, и широко раскрыв алый рот, громко закричала в приступе страсти.
Я почувствовал, как ее бешено сокращающаяся вульва судорожно дергается, с неожиданной силой обжимая мой член. Волна оргазма накатила на меня и я, стремясь полностью войти в нее, со всей силой вжался в половой орган женщины, выстрелив в его глубине сильной струей, неизвестно откуда взявшейся спермы.
Больно ударяясь, друг о друга лобками, громко крича, и с бешеной страстью целуя друг друга, мы, наконец, кончили.
Ирина обмыла меня и сонного, послушного как ребенка, отвела на кровать. Я сладко заснул, уложив голову на ее полную, очень мягкую грудь. Впервые за долгие годы, я спал крепко, глубоко и без снов. Утром я не слышал, как Ирина собралась и ушла на работу. Сквозь сон я почувствовал, что мои губы целуют сладкие женские губы. И блаженно вздохнув, продолжал спать до десяти часов.

Когда я проснулся, на столе стояла полная бутылка коньяка, с небольшой рюмкой и сковорода с холодными совершенно остывшими котлетами.
Выпив рюмку коньяка и хорошо закусив холодными, но очень вкусными котлетами, в блаженном состоянии, я лег на кровать.
Хорошо подумав, я сделал вывод, что Ирина именно та женщина, которую я мечтал встретить всю свою сознательную жизнь. Ну, так и нечего больше шарахаться, решил я.
С легким сожалением вспомнив о Наталье и милых девочках , я мысленно попрощался с ними, решив раз и навсегда, что к ним дорога мне заказана . Успокоенный этим решением, я заснул до вечера, набираясь сил для новых сексуальных битв со своей милой, но такой сильной и ненасытной партнершей.

 

 

 


Поделиться в соц. сетях:

Копирование материалов разрешено только при условии наличия прямой индексируемой ссылки на likelife.ru