Секс истории


Бег в никуда (Глава 7)

367 просмотров По принуждению

po-prinuzhdeniyuГЛАВА 7. Да, в последнее время он стал воровать людей. Это было очень прибыльно. На самом деле, он пытался убедить в этом самого себя. Его просто пресытила мягкая покорность собственных воспитанников. По-другому они уже не могли, просто не умели. Вдобавок ко всему, каждый из них пытался понравиться ему. Каждый ждал милости и, как следствие, привилегий.

Встреча с ним давала такой шанс. Заставить их относиться к себе по другому он уже не мог. Мешала школа. Годами вдалбливаемая истина:- он Бог. Иногда, конечно, он баловался и с ними, но остроты уже не испытывал. Тогда он летел домой, в Россию, садился в машину с тонированными стеклами и катался по городу, высматривая для себя очередную жертву. Находил, показывал подчиненным и уезжал обратно на острова. Дальнейшее его не интересовало. Остальное делали другие. Выслеживали, собирали данные и, в конце концов, переправляли на острова. Иногда, его жертвы, потом, возвращались назад. Иногда исчезали навсегда. Некоторые, после возвращения, пытались обращаться к властям, пытаясь найти и наказать обидчиков. Однако, доказать что либо, как правило, оказывалось практически невозможно. Многим из отпущенных, он обеспечивал дальнейшую жизнь. Чаще всего, им просто приходило письмо с номером именного счета в банке. Как правило, этих сумм хватало на долгое, безбедное существование. О каждой жертве, для него, собирали полную информацию. Все что удавалось узнать. В некоторых случаях, жертвам подготавливалось алиби на время их отсутствия. При условии, конечно, что жертву изначально собирались вернуть.
Так было и с Настей. В небольшом, провинциальном городке, его машина остановилась возле парка. Неожиданно, он увидел Настю. Она, правда, в этот момент, занималась не самым благовидным делом. С подругами, они развлекались тем, что «угнетали» двух малолеток. Самой рьяной, естественно, была Настя. И в силу характера, и в силу природной нагловатости. Она, что называется, наезжала на девчушек, куривших в укромном уголке. Заметив это, Настя и ее подруги, немедленно встали на защиту нравственности. Нельзя сказать, чтобы девчонок били. Так, надавали затрещин, скорее обидных, чем болезненных.
В этот момент он ее и заметил. Она хорошо смотрелась. Стройная фигура, тонкая талия, длинные ноги. Небольшая, крепкая на вид грудь. Густые, длинные волосы, отливающие синевой, указывали на явную примесь азиатской крови. Высокий лоб, большие, глубокие глаза, аккуратный прямой носик…
В общем, лапочка. Особенно, если не слышать слов, которые срывались с ее миленьких губ. Тогда ему ужасно захотелось поставить ее на место этих двух, перепуганных девчушек. Он наклонился к сидящему впереди телохранителю и указал ему на Настю. Тот, проследив за пальцем, молча кивнул и, вышел из машины. В тот же день он покинул Россию. Через несколько дней, ему на стол положили папку, в которой содержались все сведения о Насте, которые только удалось достать.
А еще через пару дней, когда Настя, как обычно, направлялась гулять в парк, возле нее остановилась запыленная, видимо от дальней дороги, машина. Настя решила не останавливаться, и прибавила шагу, но из машины ее окликнули простым вопросом и, она остановилась. Молодой парень, с простым, открытым лицом, сидевший за рулем, спросил:
— Слушай, сестренка, подскажи, пожалуйста, как проехать к гостинице, а то кружим, кружим, сил нет. Все показывают в разные стороны, не поймешь куда ехать. Только если точно не знаешь, лучше ничего не говори!
Настя знала точно. К тому же, ей стало жаль парня, наверняка уставшего от дороги и бестолковых объяснений. Она подошла к машине и, облокотившись на дверцу, стала терпеливо объяснять парню дорогу. В машине находились еще два молодых человека, которые тоже внимательно слушали ее. Внезапно, ей в лицо, брызнула струя не то жидкости, не то газа, с резким приторным запахом. Все поплыло у Насти перед глазами, и она стала медленно оседать, теряя сознание. Ее втащили в машину прямо через раскрытое окно, а на следующий день, она проснулась в уже знакомой нам, зеркальной комнате.

* * *
Прошел еще один день. Правда сегодня, она, выражаясь словами, своих недавних знакомых «нарвалась», когда высказалась вслух по поводу предстоящей клизмы. Теперь у нее на заднице красовалось несколько свежих, малиновых полос и сидеть стало не слишком удобно. Однако это не помешало ей, после ужина, отправиться в гости к девчонкам. Они жили в комнате, похожей на Настину. Только вместо одной, у них стояло две кровати. Настиному приходу девочки обрадовались. А, увидев ее задницу, Наташа хохотнула и сказала:
— У вас на заднице тоже двойка нарисована?
— Почему тоже и почему двойка? — удивилась Настя.
— Ну, двойка по поведению! А тоже потому, что вот…
С этими словами, девочка показала Насте свой задик, на котором причудливо пересекалось множество синих и красных полос. По всему видно, что ей досталось гораздо сильнее, чем Насте. Выдрали ее основательно! Теперь Насте стало понятно, почему она лежит на животе, прикрывшись простынею.
— Тебе то за что? — участливо спросила ее Настя.
— А, на уроках досталось!
— Покажи еще раз! — не удержавшись, попросила Настя.
Девочка внимательно посмотрела на Настю и спросила:
— Тебя что, прикалывает?
Настя утвердительно кивнула.
— А в зеркало смотреть не пробовала? — язвительным тоном спросила девочка.
Насте стало стыдно своей несдержанности и, она почувствовала что краснеет.
— Да ладно, не смущайся, смотри, сколько влезет, можешь даже потрогать!
С этими словами девочка откинула простыню и больше уже не накрывалась. Наташа нисколько не обиделась на Настину бестактность, наверное, свою роль сыграл навык: желание клиента — закон. А Настя, присев на край кровати, осторожно потрогала Наташины ягодицы. Ей показалось, что она прикоснулась к раскаленной сковороде. Наташа, слегка, поморщилась, а Оксана, до этого молча наблюдавшая за ходом событий, вдруг залилась звонким смехом.
— Ха — ха — ха! Хохотала она, — смотри, не кончи, а то у нас воды нет, подмываться нечем!
— Дура! — беззлобно обругала ее Наташа.
— Ха — ха — ха! Ты бы видела ее лицо, ха-ха.
— Да ладно тебе. Кому что нравится, тебе жалко, что ли?
Настя виновато посмотрела на девочек и тоже засмеялась. Она вдруг представила, как должно быть смешно, на самом деле, она выглядит со стороны. Оксана, тем временем, посмеявшись, достала из-под кровати начатую бутылку лимонада и принялась жадно пить прямо из горлышка. Напившись, жестом предложила Насте, но та отрицательно покачала головой.
— Вот водохлеб то! — заметила Наташа и, затем обратилась к Насте:
— Насть, а ты где жила?
Настя назвала город, но по глазам девочек, поняла, что название им ни о чем не говорит. Тогда она рассказала им, как жила в небольшой деревеньке, как поехала учиться в город, как поступила в институт. Девочки слушали ее с неподдельным интересом и вниманием. Они совершенно не знали той жизни, о которой рассказывала Настя.
— Слушай, а с мальчишками ты трахалась? — спросила ее Оксана, когда в рассказе наступила пауза.
— Конечно! — ответила Настя, почувствовав, что снова краснеет. Почему- то ей было стыдно рассказывать об этом девочкам, но отказаться она тоже не могла. А Оксана продолжала настаивать, видимо этот вопрос волновал ее больше всего:
— Расскажи, как это?
— Ну не знаю, по -разному бывает.
— А член до конца входит? — не унималась Оксана.
— Да.
— Прямо весь, весь?
— Весь, весь! — усмехнулась Настя.
— А в рот брать приятно? — вклинилась в разговор Наташа.
Настя не знала, как ответить на этот вопрос. Попросту говоря, она этого никогда этого не делала, но зачем-то соврала:
— Да.
— А в задницу больно? — снова спросила Наташа, поставив Настю в очередной тупик, своим вопросом.
— Тебе клизму делают? — ответила она вопросом на вопрос.
— Конечно.
— Вот примерно также!
— А наши девчонки говорят что больнее. — Продолжала настаивать Наташа.
— Ну, сначала больно, потом не очень, короче попробуешь — узнаешь!
Настю слегка разозлила дотошность Наташи, но в основном, она злилась на себя, за то, что не уклонилась от этого разговора и за неумение объяснять. Да и как объяснить, этим девчонкам, что первый раз в жизни испытала оргазм неизвестно от чего. То ли от боли, то ли еще от чего-то.
Девочки между тем, не унимались. Оксана постаралась оторвать Настю от раздумий и вернуть разговор к интересующей ее теме:
— А когда во влагалище член входит больно?
— Только первые разы и то не очень.
— А когда титьки сосут, или членом по ним водят как?
— Не знаю, — честно созналась Настя, — со мной такого никогда не случалось.
— А-а, — протянула разочарованно Оксана, — Ты, короче, и не трахалась, наши девчонки совсем по-другому рассказывают. Если не знаешь, зачем врать!
— С чего ты взяла, что я вру?
— Да с того, если бы трахалась, знала бы что и как! Все ведь пробуют, ну всякое такое!
— Не трахалась?!
Настю сильно задело недоверие, отчасти потому, что это на самом деле, предположение девочки оказалось почти верным. Кроме того, она считала себя намного старше и опытнее, а какой может быть опыт от пары сношений. Но отступить передними и показать свою неопытность она не могла. По этому она демонстративно раздвинула ноги и, почти зло, бросила Оксане:
— А ты проверь, если не слабо!
Она, конечно, не ожидала, что Оксана воспримет ее слова в буквальном смысле. По этому, когда Оксана опустилась перед ней на колени в полной готовности произвести проверку, она слегка стушевалась, но пришлось выдерживать марку.
Оксана, на редкость аккуратно, ввела свой палец в Настино влагалище, немного подвигала им из стороны в сторону, также аккуратно вытащила и, обращаясь к Наташе, задумчиво произнесла:
— Правда, не целка.
В том же задумчивом состоянии она вернулась на свою кровать и приложилась к лимонаду. Помолчав некоторое время, девочка обратилась к Насте с новым вопросом. На этот раз неуважительность из ее тона исчезла, и она заговорила, как бы извиняясь:
— Чего — то я не понимаю, трахаться трахалась, а про задницу ничего не знаешь и в рот, по-моему, не брала никогда, разве так бывает?
— По-разному бывает, — ответила Настя, — не всегда ведь обязательно заниматься всем сразу!
— Всегда! Ни один половой акт не начинается без предварительных ласк, а оральный секс является наиболее распространенным способом для достижения эрекции. — Заученно отчеканила девочка.
Настя поняла, что спорить с ними бесполезно. И, по-видимому, они знают о сексе гораздо больше чем она. Хотя их познания чисто теоретические. Как видно, для них нет ни запретных тем, ни мест. Просто они еще не знают, как это выходит на практике. По этому сомневаются в некоторых заученных истинах.
— Ну, хорошо, объясни, почему ты думаешь, что я вру?
— Прежде всего, брать в рот вовсе не приятно! Во-первых, рот устает, а во вторых, потом во рту горько!
Тут пришла очередь удивляться Насте.
— А ты откуда знаешь?
— Откуда, да у нас целый урок по этому «миньету»! Только член не настоящий и брызгается, когда не ждешь.
— Как это брызгается, если не настоящий? — снова не поняла Настя.
Тут в разговор вступила Наташа:
— Да это училка, спецом, заметит что халтуришь, нажмет на кнопку, он и брызгает. А потом еще и орет, пока ты кашляешь, что на уроке надо об уроках думать! Крыса! Мол, надо вовремя сглатывать, а то всех клиентов распугаешь!
Оксана снова залилась смехом и, давясь, стала рассказывать:
— Она сегодня вообще повернулась и ухом на него легла, думала, училка, не видит, а та ка-а-ак брызнет, а эта ка-а-ак вскочит, да ка-а-ак заорет! Вот и досталось.
— Дура! — опять обругала ее Наташа, — Как будто сама вообще «овца невинная»!
— Ладно вам! С кем не бывает! — Усмехнулась Настя.
Оксана посмотрела поверх нее на часы и сказала:
— Скоро десять. Тебе, пожалуй, домой пора.
Настя тоже посмотрела на экран и, кроме времени, увидела на нем свою фамилию. Поначалу она удивилась. Оксана, проследив ее взгляд и, увидев, как она нахмурила брови, догадалась:
— Тебя что ли зовут?
— Меня, наверное.
— Почему, наверное?
— Может быть, тут есть еще, кто ни будь, с такой же фамилией. — С надеждой в голосе отвечала Настя.
— Тогда бы и имя-отчество стояло. — Авторитетно заявила Оксана.
— Стоит поторопиться, а то нарвешься. — Заметила Наташа.
— Наверняка нарвусь! — процедила Настя сквозь зубы и, простившись с девочками, поспешила вернуться к себе.
Вернувшись к себе, она стала ждать, поглядывая на экран. Ее фамилия упрямо горела на табло, не желая успокоить владелицу исчезновением. Время тянулось медленно, только усиливая волнение. Наконец, дверь открылась и на пороге показалась охранница.
— Пошли! — сказала она.
«Началось»! — подумала Настя и шагнула навстречу опасности.
Они пошли по знакомому коридору и вошли в лифт. Оказывается, здесь был лифт. Он скрывался за дверью под номером 30. Они поднялись на несколько этажей и очутились в точно таком же коридоре. Охранница привела ее в комнату, где ее еще раз побрили, причесали, надушили и накрасили. Затем, охранница проводила ее дальше. Остановившись перед очередной дверью, охранница прислушалась к чему-то, а затем обратилась к Насте:
— Сейчас ты войдешь в комнату. Стой и жди. Постарайся замереть и не двигаться. Сделаешь шагов пять в комнату и все! Войдет мужчина. Ничего не говори, ни о чем не спрашивай. Стой и молчи. Если подойдет — поклонишься, если что ни будь, спросит, ответишь. Отвечать четко, внятно и, по возможности, коротко. Все что он скажет, постарайся выполнить в точности. Будет бить — терпи, старайся не орать. Плакать можешь. Закончит пороть, поцелуешь руку. Называть его, если придется, можно только Ваша Светлость. Учти, если ты что-то сделаешь не так, как надо, мне влетит. А тебя, потом, заставлю пожалеть о том, что ты вообще родилась. Так что будь умницей! Поняла?
— Поняла.
— Все поняла?
— Все!
— Ну, тогда ни пуха… — с этими словами охранница легонько подтолкнула Настю к дверям.
После секундных колебаний Настя вошла в комнату. Сделав несколько шагов, она остановилась и огляделась. Комната напоминала огромную камеру пыток. В стенах, потолке и на полу находилось множество колец, цепей и всевозможных пыточных
приспособлений. От увиденного по Настиной спине побежал нехороший холодок. Голова слегка закружилась, но, помня наставления охранницы, она стояла, не двигаясь с места. Ожидание длилось довольно долго. У Насти успели устать ноги от неподвижного стояния, прежде чем в дверях, с противоположной стороны зала,
показался мужчина. Он направлялся к ней спокойной и твердой походкой. У Насти же, напротив, задрожали колени. Она не знала, когда надо поклониться и, по этому, на всякий случай, слегка присела, склонив голову, как бы делая реверанс. Получилось достаточно неловко. Но это вызвало только улыбку у мужчины. Он уселся на приготовленный стул, не сводя с Насти восхищенного взгляда. Настя исподлобья наблюдала за ним. На секунду их глаза встретились, от этого взгляда, что — то проснулось в Настиной душе. Что-то зашевелилось в ней, но она не могла понять что.
Настины ноги, по-прежнему дрожали, она чувствовала, что непрерывно краснеет. Но к стыду и страху примешивалось еще одно чувство, которое она не могла назвать неприятным. Его оценивающий взгляд возбуждал ее. Как сквозь сон она услышала команду «повернись» и, тут же выполнила ее. Повернувшись, она смутилась еще больше, вспомнив про полосы на ягодицах. Словно это имело какое-то особое значение. Принципиально, она была уверена в том, что со спины выглядит не хуже. Ее округлая, тугая попка, не раз вызывала восторженные возгласы мужчин. У нее возникло ощущение, что она впервые разделась перед мужчиной. Это волновало ее, заставляя сердце учащенно биться. Было что-то соблазнительное для Насти в этой ситуации. Почему — то она хотела принадлежать этому мужчине. Подчиняться ему, ломая свою волю, быть его вещью, покорной любой его прихоти. Эти мысли чрезвычайно сильно возбуждали ее. Никогда раньше, Настя не чувствовала в себе тяги к мазохизму. Однако мысли о предстоящем наказании все сильнее возбуждали ее сейчас.
— Поставь ноги на ширину плеч и нагнись.
Услышала она новую команду. Она подчинилась, почти физически ощущая взгляд, блуждающий по самым сокровенным местам, бесстыдно выставленным на показ. Так она простояла некоторое время, упираясь руками в собственные колени и, боясь пошелохнуться. Ей очень хотелось оглянуться, чтобы понять, что происходит за ее спиной, но она не смела. Новая команда не позволила ей сменить положение, к тому же, смысл ее она не совсем поняла, но покорно раздвинула ягодицы руками. За спиной послышались шаги, заставившие девушку вздрогнуть. Мужчина подошел совсем близко. Убрав ее руки, он сильно раздвинул ягодицы в сторону так, что вход в анальное отверстие почти открылся.
— Держи так! — приказал он, и Настя покорно перехватилась.
Мужчина вернулся на прежнее место. Настя услышала, как щелкнула зажигалка. Видимо мужчина закурил. Кровь мощными толчками бухала в Настиной промежности. Ей даже казалось, что если прислушаться, можно будет услышать ее биение. За спиной снова послышались шаги, заставившие Настю внутренне напрячься. Мужчина прошел мимо нее и подкатил к ней не то кушетку, не то небольшой столик. Затем, он заставил Настю лечь на этот столик спиной, согнуть ноги в коленях и широко раздвинуть их в стороны. Девушка почувствовала, как раскрылся бутончик ее половых губ, и прохладный воздух слегка охладил пылающую вагину. Мужчина вновь углубился в созерцание. Настя исподволь наблюдала за ним. Ей показалось, что он смотрит больше в себя, чем на нее. Казалось, его мысли далеко от Настиных прелестей, даже от этой комнаты. Это ее слегка задело. Она удивлялась собственным мыслям, что -то неодолимо влекло ее к этому незнакомому мужчине, который силой завлек ее сюда и которого она должна ненавидеть. Вместо этого, ее даже задевало его невнимание к себе. Она ждала, когда же он, наконец, набросится на нее и начнет терзать ее тело, терзать и любить. И может быть, посветлеют его глаза, и исчезнет с его лица эта тень печали. Настя сама не понимала, какое ей собственно дело до его печалей и почему она думает о нем с такой нежностью. Объяснения этому не
находилось. Она продолжала наблюдать за ним, а он по-прежнему не двигался, даже не менял позы. Просто сидел и смотрел, куда то мимо нее. Наверное, он мог уйти. Но его тоже что-то удерживало рядом с ней, что — то большее чем забава. Настя инстинктивно чувствовала, что — то пошло не так, не по задуманному сценарию и сейчас, ее тюремщик тоже блуждает в раздумьях, пытаясь найти объяснение и название своему, внезапно возникшему чувству.
Наплевав на все, что ей говорила охранница, Настя соскользнула со столика, подошла к нему и, опустившись на пол, положила голову ему на колени. Он стал гладить ее по волосам, как когда-то в детстве, Настю гладила мама и от этого становилось спокойно, и легко на душе. Она потерлась щекой о его руку. Тогда он поднялся и, подняв на руки, понес к кровати. Бережно опустив Настю на кровать, он наклонился, долго не отрываясь, смотрел ей в глаза и, наконец, поцеловал ее в губы. Долгим и сладостным поцелуем, от которого у Насти закружилась голова. И тогда все завертелось, закружилось в немыслимом танце двух обнаженных тел. Его руки ласкали ее, а его поцелуи покрывали все Настино тело. Девушку захлестнула волна невиданных доселе ощущений. Первый раз в жизни она почувствовала в себе настоящую женщину. Весь ее прежний сексуальный опыт сводился к торопливым, почти детским совокуплениям, не имевшим ничего общего ни со страстью, ни с любовным пылом. Первый раз в жизни, ожидание близости заставило трепетать каждую ее клетку. У него за плечами стоял огромный опыт зрелого любовника, а у нее только страстный порыв. Она, как могла, отвечала на его ласки.
Он целовал ее грудь, посасывая и покусывая сосок и от этого было трудно дышать. По всему телу разливалась сладкая нега, особенно там, где его палец, нежно поглаживал ее маленькую жемчужину. Опустив руку, Настя нащупала его член, который удобно уместился в ее руке. Он оказался очень приятным на ощупь. Его кожа была такой нежной, что Насте ужасно захотелось взять его в рот. Представив себе эту процедуру, она неожиданно кончила. Он дал ей время пережить сладкие судороги. Ее сердце переполняла нежность. И она смело двинулась навстречу неизвестным ощущениям. Ласково, но твердо она повернула его на спину, нежно поцеловала в губы, затем принялась целовать грудь, живот. Наконец ее щека коснулась члена. Прикосновение вызвало новую беготню мурашек по спине. Настя положила голову ему на низ живота и, некоторое время, разглядывала член. Она еще ни разу не видела его с такого расстояния. Неприятных чувств его вид не вызывал, скорее наоборот. Дополнительную волну тепла между ног. Тогда она решилась. Сначала она легонько лизнула его. В самую головку. От прикосновения языка член дернулся, приподнимаясь вверх и, тут же, вернулся на прежнее место. Это развеселило. Поиграв с ним таким образом, некоторое время, Настя взяла его в рот. Совсем немного, как бы пробуя на вкус.
В голове вихрем пронеслись слова Оксаны о том, что брать в рот противно. Теперь она точно знала, что нет. Нежную кожу члена было довольно приятно ощущать во рту. Она медленно двигала голову вверх и вниз, скользя по чувствительной коже губами и языком. Когда она останавливалась, чтобы перевести дыхание, член сам начинал двигаться во рту. Но движения его не были ни грубыми, ни неприятными. Настя возбуждалась все больше. Она ждала, когда же он «брызнет», но этого, почему-то не происходило. Помня рассказы девочек, она старалась не отвлекаться, чтобы не упустить момент и не закашляться. Девушка не знала, как долго надо продолжать эту процедуру и оказалась в довольно затруднительном положении. Вероятно, почувствовав замешательство, он притянул ее к себе и, осыпая горячими поцелуями, вошел в ее пылающее лоно. Все вокруг плавно растворилось, расплавилось в горячих волнах. Настя почти ничего не слышала и не видела, все глубже проваливаясь в Нирвану. Время остановилось. Существовали только движения члена внутри нее, скользящие по обнаженным нервам. Из груди вырывались сладостные стоны, но она не слышала даже их. Оргазм длился вечность.
Настя, некоторое время, лежала без движений, ощущая на себе приятную тяжесть мужчины, а он продолжал гладить ее тело, как бы провожая затухающий оргазм. Спустя несколько минут, он уселся на край кровати и закурил. Насте было хорошо. Тяготило только молчание, но она все равно не знала, что надо говорить в таких случаях и говорить ли вообще. Ей казалось, что сегодня она впервые узнала мужчину. Наверное, так оно и было. Она легко коснулась пальцами его спины. Затем, придвинувшись ближе, обняла его за талию. Рука, как бы случайно легла на поникший член. Он оказался маленьким и мягким, очень мягким. Она сжала его в руке и почувствовала, как он начинает понемногу твердеть и раздуваться. Это показалось ей новым и забавным. Настя легонько стискивала его, а затем отпускала и, повинуясь этой гимнастике он рос и креп. Затушив сигарету, мужчина несколько минут сидел, поглаживая Настину руку. Затем он лег лицом к ее ногам. Он ничего не просил, но Настя догадалась сама. Она снова взяла член в рот. На этот раз без всякой подготовки и раздумий. Просто «ам» и все. Он гладил ее по бедрам и ногам. Низом своего живота она чувствовала его дыхание. Это разжигало новую страсть. Она приподнимала ногу, как бы приглашая его руку коснуться клитора, но он упорно обходил это место, как будто, дразня ее и заставляя раскрываться все больше. Когда Настя окончательно потеряла терпение и попыталась поймать его руку ногами, он, вдруг, заставил ее встать на четвереньки, прямо над собой. Настя много читала об этом, даже знала, как это называется. Ей, правда, не нравилось это слово, что-то на подобии Куинбус Фелестрин, из детской книжки о приключениях Гулливера. По Настиному разумению, данное слово никак не подходило к подобному действию. Не импонировало что ли. Попросить об этом, назвав этим словом, наверняка немыслимо. Интересно, о чем думал человек, давая такое идиотское название, столь обворожительному, сексуальному действию. Замерев, Настя ждала. Она даже забыла на мгновение, что у нее во рту член. По этому, когда его язык, коснулся ее внутренних губок, она, чуть было, не стиснула зубы, но, вовремя опомнившись, только глухо застонала. А его нежный язык все блуждал по Настиным гениталиям. Иногда он проникал внутрь влагалища и двигался там, вызывая электрические разряды по всему телу. Настя и сама, работала языком и губами с удвоенной энергией. Когда Настю сотряс оргазм, он выскользнул из-под нее, не позволяя ей, однако, сменить позу. На этот раз он вошел в нее сзади. Глубоко. Несколько глубже, чем хотелось. Но уже через несколько секунд, что то там, внутри, перестроилось и позволило ей вновь наслаждаться страстью. Еще через мгновение, она уже сама двигалась навстречу члену, стараясь заставить его погрузиться как можно глубже. Увлекшись собственными ощущениями, она даже не заметила, когда он взял со столика баночку с кремом. Она почувствовала, что его палец, густо смазывает ее анус, иногда погружаясь в него. В целом, это добавляло приятных ощущений, хотя Настя и поняла, что сейчас произойдет. Она не испугалась, в ней уже жила уверенность, что этот человек, не сделает ей ничего плохого. И, ради его удовольствия, она уже готова была немножко потерпеть. Его член уперся в ее маленькую, тугую дырочку и, с трудом раздвигая упругие связки, стал проникать в нее. Насте показалось, что вся кровь прилила к лицу. Ей пришлось выгнуть спину, для того чтобы немного ослабить боль. Член проникал все глубже и глубже. Дышать стало трудновато, было такое ощущение,
что даже уши полыхают огнем.
Наконец, бедра мужчины уперлись в Настины ягодицы и, она с облегчением подумала, что, по крайней мере, дальше он уже не войдет. Мужчина лег на нее корпусом, повторяя изгибы ее тела и одной рукой начал ласкать Настину грудь, а вторая привычно нащупала клитор. Анус мало-помалу, терял ощущение боли, это происходило тем быстрее, чем нежнее его руки ласкали клитор. Когда возбуждение девушки достигло, почти прежних пределов, мужчина выпрямился и стал слегка покачивать ее бедра вперед и назад. Затем задвигался сам, поначалу медленно, затем все быстрее и быстрее. Боль почти прошла, уступив место сладострастию. Настина голова то поднималась вверх, то падала вниз, а из груди вырывались стоны, скорее похожие на крик. Его руки терзали ее разгоряченную спину, усиливая и без того крайнее возбуждение. Он собрал ее волосы и сильно потянул на себя, заставив ее сначала запрокинуть голову назад, а затем, выпрямиться на коленях, прижавшись к нему всем телом. Последнее она сделала почти бессознательно. У нее в голове взорвался большой огненный шар и, всю ее сотрясал оргазм. Тело покрыла испарина. Ее ноги дрожали, отказываясь удерживать тело даже на коленях. Мужчина тоже дрожал всем телом, но, тем не менее, крепко держал ее за грудь, не давая упасть. Такого Настя не испытывала никогда! Даже не подозревала, что такое бывает. Бешенное, безумное слияние.
Простояв в таком положении несколько минут, они вместе рухнули на кровать, почти без сил. Настя отметила, что во время падения, он ловко вытащил из ануса член и упав она не испытала никаких неприятных чувств.


Поделиться в соц. сетях:

Копирование материалов разрешено только при условии наличия прямой индексируемой ссылки на likelife.ru